амиотрофический склероз

Боковой амиотрофический склероз (БАС) — заболевание, при котором постепенно погибают двигательные нейроны, передающие сигналы от мозга к мышцам. По мере развития болезни мышцы слабеют, человеку становится всё труднее двигаться и говорить, а на поздних стадиях ему может потребоваться аппаратная поддержка дыхания. В конечном счёте дыхательная недостаточность становится причиной смерти многих людей с БАС.

Вылечить БАС пока невозможно, а доступные методы лечения лишь замедляют развитие болезни и помогают справляться с симптомами. В среднем после постановки диагноза люди живут 2–5 лет. Примерно в 5–10% случаев БАС имеет известную генетическую причину. При этом некоторые мутации встречаются крайне редко: например, мутация в гене CHCHD10 встречается менее чем у 1% людей с наследственным БАС.

Ген CHCHD10 кодирует белок, который помогает митохондриям — «энергетическим станциям» клеток — нормально работать. Мутации в этом гене могут нарушать работу митохондрий и, предположительно, способствовать гибели нейронов. Неудивительно, что проблемы с CHCHD10 связаны с БАС и с другими болезнями, включая деменцию. Именно такая мутация была и у пациента из нового исследования. Болезнь у него развивалась медленно, и учёные успели разработать препарат, который воздействует непосредственно на РНК мутировавшего гена.

Для лечения исследователи использовали антисмысловой олигонуклеотид — короткую искусственно созданную цепочку нуклеиновой кислоты, которая связывается с определённой молекулой РНК. Это позволяет изменить работу РНК и уменьшить производство белка, связанного с мутацией. В отличие от генной терапии, при которой изменяют сам ген, такой препарат действует уже после того, как клетка считывает его инструкцию и производит РНК.

С апреля 2024-го по апрель 2025 года пациент получил шесть доз препарата, которые вводили в спинномозговую жидкость: сначала три по 50 мг, затем три по 75 мг. Серьёзных побочных эффектов у него не возникло, а признаков когнитивного снижения, которое может сопровождать БАС, не появилось.

Через год после первой дозы уровень белков лёгкой цепи нейрофиламентов в крови пациента вернулся к нормальному диапазону. Эти белки появляются при повреждении нейронов, поэтому их концентрацию используют как биомаркер прогрессирования БАС. Исследователи считают, что снижение показателя может указывать на сохранение нервных клеток. У пациента также улучшились результаты теста, который оценивает двигательную функцию, дыхание и работу нервной системы. При этом другие показатели дыхания и когнитивных функций оставались стабильными.

Однако одного такого случая недостаточно, чтобы говорить об эффективности терапии. У некоторых людей с БАС симптомы могут временно улучшаться и без лечения, хотя, по словам одного из авторов исследования, невролога Бьорна Оскаррсона, устойчивое улучшение без терапии встречается редко.

Пока неизвестно, сможет ли терапия остановить развитие болезни или привести к излечению. По словам Оскаррсона, препарат уже получили как минимум ещё восемь человек с мутациями в CHCHD10 в рамках клинического исследования, так что учёные продолжат наблюдать за участниками и даже увеличат дозу.

Необычным в этом случае стало не только само лечение, но и скорость разработки: учёные успели создать препарат под конкретную мутацию, испытать его на животных и затем применить у пациента в течение его жизни. Препараты на основе антисмысловых олигонуклеотидов уже разрабатывали для более распространённых мутаций, вызывающих БАС, однако на их создание уходило не меньше десяти лет. А терапию, направленную на мутацию в CHCHD10, удалось разработать всего за три года. Если разработку таких препаратов удастся еще ускорить и удешевить, тот же подход можно будет использовать для других редких генетических заболеваний.