опухоль мозга

Синдром Гурлера у ребенка выявили еще во время беременности. Это редкое наследственное заболевание, при котором в организме, в том числе в тканях мозга, начинают накапливаться сложные сахара, постепенно повреждая клетки и нервную систему. Болезнь развивается из-за мутации в гене, отвечающем за выработку фермента IDUA, который нужен организму для расщепления этих веществ.

Сначала мальчику провели пересадку костного мозга, но ожидаемого эффекта она не дала. После этого ребенка включили в клиническое исследование препарата RGX-111, разработанного компанией Regenxbio. Терапия основана на использовании модифицированного аденоассоциированного вируса (AAV), который доставляет в клетки «здоровую» копию гена. Препарат ввели прямо в мозг путем инъекции в заднюю часть черепа, после чего клетки начали вырабатывать недостающий фермент.

В первый год лечение шло успешно, но через четыре года, во время планового обследования, врачи обнаружили опухоль мозга размером с грецкий орех. В январе 2026 года компания Regenxbio сообщила об этом американским регуляторам, после чего клинические исследования приостановили, пока специалисты изучали происхождение новообразования.

Опухоль удалили, и спустя восемь месяцев мальчик не только полностью восстановился, но и продолжает опережать сверстников по интеллектуальному развитию, хотя у него сохраняются проблемы с ростом, костями и суставами.

Недавно ученые опубликовали результаты анализа опухоли в журнале The New England Journal of Medicine. Исследование показало, что вирусный вектор, вероятно, встроил часть своей ДНК в участок генома, связанный с развитием опухолей. В частности, фрагменты вирусного материала затронули ген PLAG1, который может запускать рост раковых клеток.

Обычно вирус не встраивает свою ДНК в геном человека, а сохраняет ее внутри клеточного ядра в отдельной форме, поэтому риск онкологических осложнений при использовании AAV низок по сравнению с более ранними методами генной терапии. Тем не менее эксперименты на животных уже показывали, что в редких случаях AAV встраивает свой генетический материал в клетки печени и других тканей. При этом специалисты подчеркивают, что AAV считается самым безопасным вирусным вектором для генной терапии.

По мнению Джордж, к развитию опухоли у ребенка привело сразу много факторов. Использованный тип AAV особенно хорошо проникал в клетки, выстилающие желудочки мозга, где впоследствии и возникла опухоль. Кроме того, мальчик был слишком мал, а значит, эти клетки еще продолжали активно делиться. Сыграл роль и сильный промотор — участок ДНК, усиливающий работу доставленного гена. Наконец, иммунная система ребенка после пересадки костного мозга еще не полностью восстановилась и могла хуже справляться с измененными клетками.

Джордж отмечает, что риск онкологических осложнений был указан в документах информированного согласия, которые родители подписывали перед началом лечения. При этом без генной терапии у мальчика, по словам исследователей, к этому времени уже могло развиться тяжелое поражение мозга.

Исследователи подчеркивают, что единичный случай не ставит под сомнение технологию терапии на основе AAV, которую уже получили тысячи пациентов. Но в будущем может потребоваться использование менее мощных промоторов, чтобы снизить риск случайной активации генов, связанных с развитием опухолей. «Этот случай показывает, насколько важно тщательно оценивать соотношение пользы и возможных рисков», — отмечает Линдси Джордж.